Моя Америка (СИ) - Alex O`Timm

В этот момент, рев достиг своего максимума, свет чиркнул по моему автомобилю, а прямо надо мной, на высоте не больше трехсот метров пролетел какой-то самолет. Меня сильно удивило то, что во-первых, он летел довольно низко, а во вторых, достаточно медленно. Пока я думал об этом, прошла от силы одна две секунды, и тут мое внимание отвлек, какой-то темный предмет проскочивший на фоне океана, который находился за обрывом в двадцати метрах слева от меня, и тут же на крышу моего автомобиля упало что-то тяжелое, из-за чего автомобиль вздрогнул всем своим корпусом, а я вжав голову в плечи испуганно пробормотал:

— А, меня-то, за что?

Нажав на тормоз, я остановился у края дороги, и некоторое время сидел, вцепившись в руль и ожидая взрыва. А, что еще могло упасть с пролетающего самолета, кроме бомбы. Но была абсолютная тишина, и потому я выйдя из машины закурил, и встав на подножку решил посмотреть, что же такое свалилось чуть ли не наголову мне.

На довольно глубоко промятой крыше, лежало что-то похожее на заплечный мешок, только в более культурном исполнении. Еще несколько опасаясь того, что могло бы в нем находиться, я осторожно приподнял его обеими руками и отнес в сторону, уложив на землю. Вернувшись обратно к автомобили пару минут разглядывал в свете фонарика продавленную крышу, и думал о том, что мне придется рассказывать на дилеру, у которого я оформлял автомашину в прокат. После решил попробовать все исправить обычным методом. Сев в машину, уперся головой в потолок и попытался привстать со своего места. Голова, разумеется не совсем обычный метод исправления вмятин, но тем не менее у меня получилось, и довольно тонкий лист металла под действием моей головы с негромким звуком вернулся на свое место. Освещенная фонариком поверхность хоть и обозначила пару небольших вмятин, но можно было сослаться на то, что они имелись и раньше. Краска тоже не была повреждена, так что можно было сказать, что я отделался легким испугом.

Теперь настал черед рюкзака, уж очень мне хотелось узнать, что же такое свалилось мне на голову, как манна небесная. Стоило мне только дернуть за шнур, связывающий горловину этого рюкзака, как моему взору предстали банковские упаковки с долларами, наполнявшие мешок до самого верха. Некоторое время, я смотрел на упавшее, на меня с небо богатство с некоторым изумлением, Не так часто мне на голову падают мешки с деньгами. Потом все же придя в себя, начал выгребать оттуда банковские упаковки, и переносить из в свой автомобиль. На самом дне рюкзака, оказались два красных глиняных кирпича, завернутых в плотную бумагу, надорванную в одном месте и опутанные проводами. Похоже, кто-то делал муляж бомбы, чтобы таким образом затребовать себе денег. Скорее всего, как мне показалось, это было связано с самолетом и возможно заложниками. Вот только почему, рюкзак упал на землю, точнее на крышу моей машины было не очень понятно. Но с другой стороны, и не особенно интересно. Вот только оставлять пустой рюкзак на обочине дороги, мне подумалось было бы неверным. Поэтому подхватив его, я перебежал через дорогу, и выбросил его за обрыв в подступающий к самому берегу океан. Сам же, вернувшись к машине, перекидал все деньги под пассажирское сидение, и поехал своей дорогой в сторону Сан-Франциско.

Остановивший меня спустя несколько миль полицейский спросил не видел ли я по дороге ничего странного. В ответ я пожаловался ему на низколетящий самолет, который меня слегка напугал, и на этом все и закончилось.

Деньги прекрасно уместились в небольшой чемодан, купленный мною на въезде в Сан-Франциско. Их оказалось почему-то сто девяносто семь тысяч долларов самыми разными купюрами от одного до ста долларовых купюр. Я же, спокойно сдав автомобиль на стоянку, уже к вечеру того же дня занял место по ранее купленному билету на пароходе «Калифорния» отправляющемуся на Гавайи, и приготовился к трех дневному путешествию на Райские острова.

Пароход SS «Калифорния» был просто огромен. Разумеется будущем он бы казался скромным портовым буксиром, в сравнении с круизными лайнерами того времени, но сейчас он выглядел шикарно. Пассажиры третьего класса не способны оценить все достопримечательности судно, потому что им запрещено покидать свои две нижних палубы. В итоге, единственными их развлечениями являются бар, где можно заказать кофе и выпить какого-то достаточно дешевого пойла, и столовая, в котором подают комплексный обед три раза в день. Все остальное время, они вынуждены проводить в собственных четырехместных каютах. Хорошо хоть палубы располагаются выше ватерлинии, и есть возможность взглянуть за наглухо закрытый иллюминатор. Хотя, что именно можно увидеть за ним, кроме бесконечных волн, не совсем понятно. Но хотя бы солнечный свет проникший в каюту, принесет хоть какую-то радость. С другой стороны, плыть всего три дня, зато затратив минимальную сумму, после можно будет хвастаться перед друзьями и знакомыми о такой замечательной поездке на Райские острова.

В туристическом классе, дела обстоят несколько лучше. Хотя питаются они и отдельно от пассажиров третьего класса, но в принципе, обеды совершенно одинаковы. Правда за дополнительную оплату, можно заказать что-то в одном из четырех ресторанов или шести баров на верхней палубе, благо, что доступ к ним у них имеется. К тому же можно поиграть в теннис, погонять мячик на крохотном поле для гольфа, полежать на шезлонге возле бассейна, и даже искупаться в нем, но чтобы все это осуществить, придется оплачивать все эти и множество других развлечений дополнительно. Провести три дня плавания придется разумеется на одной из средних палуб, где имеются двух, и четырех местные так называемые семейные каюты, где в отличии от нижних палуб третьего класса имеются почти индивидуальные, то есть рассчитанные на блок из трех четырех кают санитарно-технические удобства. Ну, и конечно же поездка обойдется все же гораздо дешевле, чем для пассажиров первого класса. Для которых собственно и предназначаются все эти развлечения, бары, рестораны, кинотеатры и танцевальные залы, созданные на одном из новейших океанских лайнеров, коим является SS «Калифорния».

Кухня, тоже заслуживает того, чтобы хотя бы вскользь упомянуть о ней. Представьте себе, огромное помещение, заставленное электрическими плитами, разделочными столами и огромными холодильными установками. Здесь с раннего утра и до позднего вечера трудятся десятки поваров, кондитеров, хлебопеков и подсобных рабочих, готовя пищу для всех полутора тысяч пассажиров, и четырёх сотен членов команды, находящихся на судне. Кухня на судне одна, но меню, по которому составляются комплексные обеды, сильно различается.

«Калифонию» не зря называют шедевром американской техники и искусства. Техника судна действительно великолепна. Нельзя не восхищаться скоростью парохода, его противопожарными устройствами, смелыми и элегантными линиями его корпуса, его радиостанцией, с помощью которой вы имеете возможность сделать звонок в любую точку Соединенных Штатов, или отправить телеграмму, в любую точку мира. Но если технику, можно назвать безупречной, то в области искусства американцы блещут не особенно. Несколько аляповатые украшения интерьеров, безвкусные живописные полотна на стенах, выглядят, разумеется, богато, но как-то без особого вкуса. Тоже самое относится и ко всему остальному. Очень много золота, цветной кожи, красивых металлов, шелка, дорогого дерева, великолепного стекла. Очень много богатства и очень мало настоящего искусства. В общем, это то, что обычно называют «стиль Триумф». Рассчитанное скорее на разбогатевших нуворишей, оставшихся в душе обычными жителями глубинки.

Накануне прихода в Гонолулу состоялся парадный обед и вечер самодеятельности пассажиров. Обед был такой, как обычно, только добавили по куску праздничного торта, и две крохотные розетки с красной и черной икрой. Последнюю я ненавижу с самого детства, и когда предложил оную своим соседям по столику мисс Джерри, так долго благодарила меня, за мою щедрость, что у меня начало сводить скулы, от ее славословий. Кроме того были, мужчинам были подарены довольно приличные кожаные портмоне, с логотипом компании и рельефно изображенным судном на котором мы сейчас находились, а представителям женского пола, пудреницы с той же эмблемой. Раздача подарков как мне показалось, производилась скорее для того, чтобы уберечь пароходный инвентарь от разграбления. Дело в том, что большинство путешественников одержимо психозом собирания сувениров.